November 22nd, 2011

В защиту шейха Юсуфа аль-Карадави. 1. Къияс. 2. Смешение полов

Обвинение: Къияс не довод

В работе «Заблуждения доктора Карадауи» её авторы привели, между всем прочим, следующие слова шейха Албани:
«…Также Кардауи говорит: “Доказательством является Коран, Сунна, иджма’ и къияс (аналогия)”. Однако аналогия не является доказательством, поскольку это иджтихад…”. Сл. “Суфия аль-Бана уаль-Кардауи”.

Это – слова Албани, да смилуется над ним Аллах.
У нас по причине общеизвестности нет необходимости приводит цитаты из книг по усуль фикху, практически в каждой из которых къияс указан в числе Шариатских доказательств.
Единственными кто не принял къияс доводом были захириты (шииты нам не интересны). И всё это является предельно известным любому из числа получающих знания людей. В том числе и тех, кто был причастен к написанию обсуждаемой нами работы.
Так, в частности, в своей статье «Что является доказательством в Исламе» один из них – «А’маш» – говорит:
«Доказательство в Исламе – это …и аналогия (къияс) при отсутствии текста из Корана и Сунны».

Также в другой теме на салаффоруме он более подробно остановится на къиясе, сказав:
«Если этот брат не признает некоторые виды къияса, то это не страшно, ибо среди къиясов есть и неприемлемые. Если же он не признает къияс вообще, то тогда это ошибка, и из ученых этого придерживались мнения только захириты. Каким образом къияс может быть неприемлемым вообще, если к нему прибегали сподвижники?!» и т.д.
Потом «А’маш» указал на недопустимые виды къияса, после чего сказал:
«А так, конечно же къияс однозначно отвергать как довод в Исламе нельзя!»

Так как "А'маш", как уже ранее упоминалось, причастен к работе "Заблуждения доктора
Юсуфа аль-Кардауи", то не понятно, как согласуется между собой то, что он привёл от Шейха аль-Албани: «Однако аналогия не является доказательством…» и то, что он сказал сам: «Если же он не признает къияс вообще, то тогда это ошибка, и из ученых этого придерживались мнения только захириты» и «А так, конечно же къияс однозначно отвергать как довод в Исламе нельзя!» Поучается, что къияс отвергли не только захириты, но и шейх Албани. Также получается, что он в этом ошибся, так как отверг то, что «отвергать как
довод в Исламе нельзя».
А если это так, то зачем приводить в своей работе слова, которые ты считаешь ошибочными? Для количества? Лишь бы было?


Обвинение: «смешение полов»

В своём списке "куфров" Карадави Тартуси упоминает и следующее:
«4. «Комитет разрешает смешивание мужчин и женщин в одном месте, как например классы, лекции и общественные собрания, если это будет сделано в соответствии с шариатскими принципами, и считает словосочетание «свободное смешивание» новым Исламским термином»*.
* Примечание: подобную претензию озвучил и авторы работы "Заблуждения доктора Юсуфа аль-Карадауи", сказав: «И считает дозволенным совместное пребывание посторонних мужчин и женщин (ихтилят). См. «Малями’уль-муджтами’» 368.

Реальная позиция Кардави в этом вопросе следующая…
В статье «Законное смешение полов», основанной на "Современных фатвах" Карадави, говорится:

«…Исследуя руководство Пророка (мир ему благословение Аллаха), мы обнаруживаем, что женщина не держалась в клетке или не была изолирована, как это произошло позже, в течение века Мусульманского спада».
После чего было упомянуто посещение женщинами общих молитв – праздничных, пятничных, утренних, ночных… Были приведены примеры того, как сподвижницы обращались к пророку, ﷺ, в поисках знаний. Было рассказано об активности некоторых женщин (Умм Атыййи, Умм Салим, Аиши, Насбы бинт Ка’б и др.) в военных походах мусульман. И на примере того, как одна женщина прилюдно поправила Умара в его решении ограничить размер махра,
было указано на наличие социальной женской активности.
Далее Карадави сказал:

«Итог: встречи мужчин и женщин сами по себе не запрещены. А наоборот, это допустимо или даже необходимо, если это делается по благородной причине, такой как приобретение знаний или совершение благих деяний, в которых
объединенные усилия мужчин и женщин просто необходимы».
Что касается ограничений, связанных с общением между мужчинами и женщинами, то в «Фетвах для мусульманки» шейха Карадави о них говорится следующее:
1. И мужчинам, и женщинам необходимо потуплять взоры. Не разрешается смотреть на аврат и недопустимо смотреть друг на друга со страстью и вожделением. Также нельзя смотреть друг на друга без надобности и  продолжительно.
2. Женщина должна быть в соответствующем Шариату одеянии.
3. Во всем должны быть соблюдены рамки этики: в разговоре, при ходьбе и в движениях.
4. Нельзя использовать ароматы, благовония, духи, привлекающие внимание.
5. Недопустимо, чтобы женщина и мужчина оставались наедине, при отсутствии махрама.
6. Смешивание полов должно быть вызвано необходимостью совместной работы
или учебы, и чтобы при этом женщина не подвергалась всяким сомнениям и
слухам. И чтобы это не отвлекало ее от основных задач, как обязанности
перед мужем и уход за детьми.
Далее. В своём труде «Женская сущность» (часть 2) Кардави говорит:
«…Избегать собраний мужчин, если только не по причине необходимости или существенного интереса, и только в крайних случаях. Посещение общих молитв в мечети, поиск знаний, милосердие и поощрение благочестия считаются областями, где женщина может присутствовать наряду с мужчинами, так как женщина не должна быть лишена своего права участвовать в обслуживании своего сообщества, но только при условии, что она будет соблюдать правила Исламских законов относительно социальной жизни»…

При учёте всех этих условий мы не понимаем сути возражений оппонентов… Особенно при том, что сам Тартуси цитирует «4. «Комитет разрешает смешивание… если это будет сделано в соответствии с шариатскими принципами…».

Что заставляет его увидеть в этом присутствие куфра нам не ведомо…
Хвала Аллаху.

В защиту шейха Юсуфа аль-Карадави. Определение с критикой 1.

Определение с вопросом критики
Определение с такфиром Абу Басыра ат-Тартуси в сторону Карадави.


В конце своей фатвы, после того, как были упомянуты приведённые выше "куфры", «обвиняющий» говорит:
«И я говорю, что это чистейшая ложь – разрешать в ясной недвусмысленной форме то, что запрещено Аллахом ﷻ (конкретно в Писании или по общему мнению). И это было выпушено от имени аль-Кардави, с его подписью и его согласием, и из-за этого совершение всего того, что было описано выше, стало нормой в Европе, и нет ни у кого власти и способности изменять
что-то, кроме как с помощью Аллаха!
В связи с этими и другими причинами мы говорим, что он изменился и поменял убеждения, разрешает то, что запретил Аллах ﷻ, впал в явное неверие, и мы не видим никаких
препятствий для вынесения ему такфира, если только он не раскается открыто перед народом, во всём, что было упомянуто из деяний и утверждений неверия этого человека, а Аллах ﷻ знает лучше.

Решение, которое мы вынесли относительного него, не является результатом поспешности или наличия у нас убеждений такфиристов, однако оно является следствием долгого рассмотрения препятствий, причин и результатов вынесения такфира, и после долгого терпеливого молчания мы стали опасаться совершить грех и продолжали молчать, но после того, как фитна от этого человека стала всё больше и больше распространяться, стала
популярной, и многие стали задавать вопросы касательно его самого, его позиций, утверждений и фикха, мы посчитали нужным довести Шариатское постановление в отношении этого человека, хотя мы и понимаем, что это постановление может не понравиться некоторым людям, которые слепо следуют за учёными. А у Аллаха наш расчёт, и Он – лучший, на Кого можно полагаться».


1. Мы – что, думаем, очевидно – категорическим образом не согласны с «шариатским постановлением» Абу Басыра ат-Тартуси в отношении Карадави.
2. Также очевидно, думаем, и то, что мы в большей мере, нежели «обвинитель» ознакомлены с воззрениями «обвиняемого».
3. Не смотря на заверения обвиняющего в том, что он, «долго рассматривал препятствия, причины и результаты вынесения такфира», нам стало ясным то, что он не особо обременял себя этим «долгим рассмотрением».
К такому выводу мы пришли из-за того, что основой своего такфира он сделал либо то, что является неоднозначным в словах Карадави, либо то, что от него исходили речи, на подобии речей иных учёных, куфр и ридда которых не установлена.
В первом случае, когда имеется некая неясность в изложении позиции, обвинение в неверии, как мы это ранее разъяснили, является недопустимым делом.
Мало того, при наличии оснований предполагать лучшее в позиции мусульманина – а подобных основания у нас предостаточно – то необходимо брать именно это, а не худшее из того, что известно. Так, например, имам аль-Газали в “Ихйа ‘улюм ад-дин” писал:
«…не следует плохо думать о человеке, если наряду с указаниями на его нечестие есть основания предполагать обратное»
(см. «аль-Азкар» имама Навави; гл. 314 – «Слова хулы, произносимые сердцем»).
Затем. Карадави пишет в одной из своих фетв:

«Муфтий, после того, как его спросят о какой-либо определенной ситуации, обязан разузнать все аспекты ситуации подробно, чтобы его фетва была правильной»
(см. стр. 455, 3 часть «Современных фетв»).
И Тартуси, выступая в роли муфтия, должен был бы поступать в соответствии со сказанным – разузнать максимально лучшим образом о положении «объекта» своей фатвы. А узнать то, в отношении чего существует неясность сегодня ни для него, ни для кого-либо иного из числа носителей арабского языка не составляет особого труда. Ибо 21 век относительно легко позволяет связаться с Карадави то ли посредством телефонной связи, то ли посредством отправки вопроса на его личный сайт. Но всего этого сделано не было… Почему-то… Но почему?
И как может обвиняющий говорить о «долгом рассмотрении» препятствий такфира, не приложив никаких усилий для выяснения этих неясных моментов???
Что касается второго, то… Мы также не знаем на каком основании слова Карадави стают куфром, а слова других учёных, аналогичные тому, что сказал «обвиняемый», таковыми не становятся.
Хвала Аллаху